— Какая прелесть! — восхитилась аббатиса, мельком проглядев поданные листки. — Нет, я положительно в восторге! Подумать только, у Мэри взяли кровь на анализ, и прокол не начал фонтанировать — это при таких-то показателях… Про кардиограмму я уж и вовсе молчу. Надо будет обследовать ее по тщательнее, не каждый день попадаются такие уникумы. И кстати, Монро, а почему ее вообще допустили к состязаниям при столь явном использовании стимулятора? Что, в списках не было пометки о недопустимом составе крови?

— Ну… э-э… я думаю, произошел сбой программы…

— И, очевидно, анализатор сломался тоже? Ведь никакого сигнала тревоги не было, не так ли? Отклонение от нормы вопиющее, а сигнала не было, так, Монро?! — София больше не давала себе труда сдерживать клокотавшую в груди ярость. Она вскочила с места, ее кулаки, суховатые крепкие кулаки потомственного пилота угрожающе сжались, и, похоже, только появление новых действующих лиц спасло Монро от грандиозной трепки, София, уловившая какое-то движение слева и сзади, резко развернулась ко входу в конференц-зал и рявкнула привычно-командным голосом: — Что такое?!

— Мисс Мэри Гамильтон, мэм. По приказу мистера Монро, — промямлил сунувшийся в дверь служитель, подталкивая впереди себя голенастую девчонку с действительно ободранными коленками. Ссадины были совсем свежими, шорты и майка в пыли и мазках зелени, на спине красовался выдранный клок материи, опухоль под левым глазом обещала в недалеком будущем богатейшую палитру красок.

— Прости, бабушка! — угрюмо пробормотало встрепанное существо, более всего похожее сейчас на портовую крысу, с боем прорвавшуюся через превосходящие силы корабельных котов. — Ты была права. Если бы я тренировалась усерднее…